4

Утро, день и дальше…

Я никогда сразу не открываю глаза после сна. Это сложно, это граница, которую надо перейти. А граница, это состыковка двух миров. И вольются они друг в друга или нет- бабушка надвое сказала. А потому я лежал, уже вышедший из сна, но не вошедший в утро. Да и торопиться было некуда. Я выходной. Ушла ли гостья или нет пока было непонятно. А если не ушла? Да и с соседями еще предстоял разговор по поводу ночных хождений. Глаза открылись сами. Вдруг. От прикосновения тепла и мягкости. -Чай будешь? Кофе я у тебя не нашла. Ничего, что я в твоей рубашке? Не могла же я спать без пижамы, а ты уснул сразу, вот я и без спроса. Ты чай-то пей. Хочешь я пока тебе из той тетрадки почитаю? Я пол-ночи ее листала. А ты уютно спишь. И не дав мне ответить, раскрыла тетрадь.

«Ему снилось лазурное, сверкающее небо с низкими белыми облаками. Заснеженные холмы внизу, над которыми он пролетал, нежась в теплых лучах заходящего солнца. В нем плескалось ощущение бесконечности мира, океана жизни, в котором он был каплей. Но каплей, в которой тоже что-то живет и общается с остальными.»

-Кстати, ты капаешь чаем на одеяло. А у тебя интересные соседи. И, увидев мой испуганно-изумленный взгляд, поспешила успокоить:-Мы тут поговорили пока я чайник кипятила. Я объяснила, что ночной приход был просто необходим для выявления культурного слоя и построения планов жизни отдельно взятой части советского общества. По-моему, они приняли это с воодушевлением. Только одна как-то хитро смотрела. Как же ее…, а, Рина. Рина была Екатериной. Отчества я не  помнил, да и звали ее все Рина. Она была когда-то актрисой. Выходила она в основном по вечерам. Утром только для того, чтобы вскипятить чайник. Держалась ровно, строго. Панибратства не позволяла. Обитатели квартиры для нее были мухи и муравьи. Мух можно бить, муравьи пусть ползают. Я не входил ни в одну категорию, видимо из-за того, что когда-то работал в театре и это было пропуском в доверие. Со мной она всегда говорила нормально и даже шепотом, тогда как с остальными она играла одной ей известную роль. Делала вид, что не слышит, когда ей вменяли в вину ее ночные хождения по кухне. Кстати и этим мы были близки. Мы готовили и ели ночью. Злые языки говорили, что ночью она кладет вату в суп, кидает в сковородки мух и чуть ли не подкармливает крыс. Точно не знаю, но не уверен, что она делала это. Хотя… Из мух и муравьев стоило отметить уже упомянутого соседа на протезе. Его мать, которую он обвинял во всех своих бедах и в запое кидался в нее вилками. Дальше была комната двух сестер-староверок. Они передвигались по квартире только вместе. Всегда в черном. Эдакие вороны. Еще жила развеселая Тоня, недавно вышедшая замуж за прибывшего из Азербайджана и тут же родившая ему не его ребенка. Коронным номером Тони был крик перед кормлением: -Не ори, дай насисьник снять! Титьку всем хочется. Тоня, в отличии от новоиспеченного мужа, в Ленинграде жила давно и даже успела перетянуть из деревни свою мать. Тоня была окультуренная и слово насисьник для нее было интеллигентным, в то время как бюстгальтер она считала непонятным и неприличным. Как звали ее мужа я не помню. Парень был простой, славный и боялся большого города, о чем как-то поведал мне на кухне:-Много людей, много домов, много машин. Все бежит и громадное. Поэтому работал он по ночам водителем хлебной машины. Развозил свежий хлеб и булки в магазины и от него вкусно пахло сдобой. Мама Тони вообще не могла понять куда и зачем ее привезли и ее любимая тема была рынок. Зачем покупать то, что можно вырастить самим? Были и еще жители. Шутка ли- одиннадцать комнат. Правда одна была нежилая, в ней все хранили свои вещи и тайно мечтали ее заполучить. Так вот Лиана ухитрилась сразу же найти общий язык со всей разнородной массой. Но на данный момент меня больше интересовало одно- она тут надолго?

 

она не хотела смотреть в его сторону. вернее, специально смотрела в другую, хотя ловила себя на мысли, что хочется повернуть голову, вдохнуть аромат кофе, бросить взгляд, закрыть глаза и раствориться. последнего уж очень хотелось, а, потому, пугало сильнее. она зажмурила глаза, чтобы случайно не встретиться с ним взглядом. но это не помогло. как сон появились красочные эмоции и желания, они проходили мимо и манили. сжав пальцы в кулаки она боролась с собой. музыка заглушила шаги подошедшего. она услышала, когда он был совсем близко. испугавшись, что ее застали в расплох, она хотела открыть глаза, но не успела, почувствовав на губах его поцелуй. пальцы разжались. глаза она так и не открыла…

Share and Enjoy:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • В закладки Google
  • Яндекс.Закладки
  • Сто закладок
  • Одноклассники
  • Blogger
  • RSS
  • Блог Я.ру
  • Блог Li.ру
  • Live
  • MSN Reporter
  • PDF

Комментарии запрещены.