Архив рубрики «Странная книга. Ведьма.»

Камень в жабьей топи.

С утра Ведьма выходила с коровкой на травку. Косарь оставался дома. Он уже приходил с утренней косьбы и занимался хозяйством, готовкой, заготовкой и подготовкой. Готовить он любил. В его руках легко над плитой летали большие сковородки и Ведьма всегда засматривалась, хотя и сама умела сделать что-то фиолетово-эдакое из странных огурцов, привезенных из дальней страны, где их называли баклажаны. Заготовки нужны были на случай, если Вдруг… Вдруг приходил внезапно, его не то, чтобы не любили, но опасались. Шутки у него были не всегда легки и понимаемы. То снегом все село засыпет по крыши, то дождь из рыбы устроит. Надо отметить, что и Водяные его не жаловали, вместе с рыбой и лягушками, они иногда тоже попадали в дождь и падали сверху тяжелым градом. То бурю устроит с ветром-ураганом. Ничего не разрушит, но из дома не выйти- ветер дверь не дает открыть. А потому в заготови шло все- травки для чая и лекарств, светлячки для чтения вечерами. Только воду не заготавливали. Обнаружилось, что прямо в спальне забили два родничка. Они возвышались фонтанчиками из разных мест и сливались и в одно озерцо. Ведьма и Косарь увидели это утром, хотя точно помнили- накануне этого не было. Сначала было непривычно, потом даже забавно и удобно. Ну и подготовка всегда нужна на будущее. Этот вопрос занимал иногда Ведьму — зачем готовиться к будущему, если его не знаешь. Но с Косарем она не спорила. В этот раз Косарь точил косу. Баба-Яга попросила.

Ведьма дошла до леса и направилась в глубь, там была трава для буренки и для нее. Корова занялась сытной прогулкой, а Ведьма стала искать Одолень траву. Она нужна была иногда, когда утром, уж очень не хотелось вставать. Вот Ведьма и намеревалась одолеть эту лень. Как только Ведьма нагнулась, чтобы сорвать, сзади послышаось хихиканье:-Рвем? От неожиданности Ведьма чуть не схватила помело, чтобы дать отпор, но тут увидела Лесовичку. -Правильно, лень-зло,-хихикнула Лесовичка, по себе знаю. Я, пожалуй, и тоже нарву. И они за разговорами и сборами дошли до трясины. Перед ними была Жабья Топь. Неподалеку от края лежал валун. На нем виднелась надпись: «Левый путь — неправый путь. Прямая дорога таит внезапность. Правый путь не всегда прав.» На камне сидела большая Жаба и пыталась стрелой достать с кувшинки стрекозу на завтрак. -Я все спросить хотела,-Ведьма повернулась к Лесовичке,-кто этот булыжник сюда приволок? -Да, все вместе и приволокли. Я была, лешии пришли, а потом Дракон прилетел и его сюда и кинул, нам-то никак было. Тяжелый он. Впрочем, как и любой выбор. И лесовичка пустилась в воспоминания: -Вот, помню как я мучалась, когда мне пришлось выбирать в каком виде я буду. С ожерельем и серьгами из шишок, в панамке из веточек или в юбчонке из листьев,-посетовала Лесовичка. -А зачем его сюда-то? Оставили бы там,-удивилась Ведьма. -Нет, уж, там он совсем никому не нужен, мешает только на дороге. -А зачем поставили тогда?-Ведьма никак не могла понять эту бесцельность. -А это бесы кочевряжились. Они любят в полнолуние иногда что-нибудь учудить. А, когда вы на Лысую Гору слетаетесь, тем более. Им же обидно, что вы их с собой не берете,-пояснила Лесовичка. -Конечно не берем, что им там делать? Однажды пригласили, так они сначала уснули, при докладе о нечистой силе и ушах и храпеть стали, а потом на самом балу…как это ты сказала-то? слово такое… -Кочевряжиться,-подсказала Лесовичка. -Вот-вот, они это и делали. Вспоминать противно,-и подумав, решила уточнить,-Но камень..как-то не похоже на бесов. Вроде тут все правильно- выбор предлагают. Подсказывают. -Во-о-о-т!,-обрадовалась Лесовичка направлению Ведьминской мысли,-ты любишь, когда тебе подсказывают? Да еще и дорогу указывают, а если и прямо говорят- туда не ходи? То-то же. Ты человек? Ну, ты, может и не обычный, но все ж выбор только твой бывает. Без камней и указателей. Кто сказал, что стрелка прибита правильно или камень поставлен ровно? Вот и путаница. Вспомни как ты село украшала. Тут цветочки, там таблички указывающие. И что? Вдруг все повернулось, или он сам повернул. И куда сельчане приходили по указателю Восход? Правильно- на Закат. Не-е, подсказкам верить нельзя, у каждого свой ум и путь. Вот, я помучалась, зато сама выбрала какой буду. И Лесовичка покрутилась перед Ведьмой. На ней были шишки, шляпка из веток и юбчонка из листьев папоротника. -Не очень открыто внизу? Приставать не будут?,-озаботилась Ведьма. -Ты про кого? Про комаров или Леших? -Я про всех. -Ну, с комарами у меня разговор короткий, я в них цветами лопуха кидая, прилипают которые, комары с такой ношей взлететь не могут. А шишки от леших помогают,-поделилась опытом Ведьма,- а ты за коровкой-то следи. Как бы она лягушачьей травки не наелась. А то после нее молоко зеленое и квакают. Мы то привыкшие, а в селеньи и испугаться могут. Там все ж люди живут. У них уклад вековой. Они привыкли к постоянству. Для них прыгающая корова- почти дракон. Пойдем-ка по домам, смеркается. Да и твой, небось уже дома. Ждет, поди. Ведьма при этих словах Лесовички зарделась. -Ты смотри-ка, вроде Ведьма, а чувствительность как у людей. Значит у тебя все получится. Они вышли из леса и по тропинке направились к селу. Сзади шла буренка странно подпрыгивая.

Избавление о тли.

-Властительница, матушка Макошь, кажется я влюбилась,- потупив взор, тихо открылась Ведьма. -И что?,-удивилась Макош,-прекрасно, значит приобретешь новый опыт. -Но он -человек,-испуганно прошептала Ведьма. -А ты кто? Ангел? Русалка?,-засмеялась Макошь,-и ты человек. Просто другой. -И как же теперь?,-растерянно смотрела на Макош Ведьма. -Да, ничего, все как обычно,-усмехнулась Макошь,-запомни- все разные, даже близнецы. Я другая, ты другая, паук другой, улитки, божьи коровки всякие, все разные, но!,-тут Макошь внимательно посмотрела на Ведьму,-у всех все одинаково. То есть сначала ты выбираешь путь. Твоя влюбленность- это не дорога. по которой ты пойдешь, это просто указатель. Помнишь камень в Жабьей Трясине валяется? «Направо пойдешь, налево пойдешь…» Вот и тут так же. Ты что хочешь-то? Чего ожидаешь? Счастья, хозяйство, детей и корову?,-пытала Макошь Ведьму. При слове «детей», Ведьма покраснела:-Ой, ну, Вы скажете… -И скажу,-отрезала Макошь,-хочешь, не хочешь, а это единственное, что нам неподвластно. Даже мне. Я могу тут хоть все село бесенятами заселить, а дети, они свыше даются или нет,-Макошь замолчала, как-будто вспоминая что-то. Но тут же продолжила:-Так что с коровой-то? -Я не знаю чего я хочу,-тихо отвествовала Ведьма,-то с ним хочу, то злюсь и ничего не хочу. -Ну, что ж, и это понятно, ты только, когда злишься, постарайся вникнуть на что злишься-то. На себя, на него или просто ворона в ухо накаркала. А то, знаешь, такое учудить можно, такое..Помнишь бурелом в чаще?,-спросила Макошь. -Ой, помню,-оживилась Ведьма,-там все раскидано, корни вверх растут, ничто живое туда не ходит, даже летучие мыши не спят. А кто это так? -Ну, неважно уже кто,-усмехнулась Макошь:-Дело уже прошлое. Так вот, аккуратнее с силой своей. -А кто он?,-поинтересовалась Макош,-чем живет-то? -Косарь он, ну и так, по всякому делу,-отвечала Ведьма. -Косарь- это хорошо. Подкосил значит,-усмехнулась Макошь, а Ведьма опять покраснела. -Косарь- это сила. В правильное русло направить-жизнь будет, обратно поворотить- выйдет Кощей. Ну, что ж, забудешь себя, сольешься с ним, не забудешь, можете и все село сгубить. Бери буренку. -Корова…может не надо?,-сомневалась Ведьма. -С коровой это ты зря, у меня есть одна на примете. Молоко, оно силу дает, оно дорогу указывает. Недаром в небе млечный путь течет- это дорога в высоту. -Ну, я не знаю… наверное…корова…,-замялась Ведьма. Макошь резко повернула голову и посмотрела куда-то сквозь стену деревьев. Оттуда появилась корова. Рыжая, почти красная с черными пятнышками. -Вот, бери,-показала Макошь на буренку. -Спасибо,-корова сразу приглянулась Ведьме, хотя она плохо представляла как она будет ее доить.

Давно в тех местах не видали бурь. И, к удивлению сельчан, нашествие божьих коровок навсегда избавило их хозяйства от тли. -Ох, не обошлось тут без….,-на этих словах сельчане замолкали и многозначительно показывали глазами на дальний дом,-таких в наших краях и не видывали. Летают как танцуют, все разного цвета, и некоторые даже черные. Утро вставало над селом. Во дворах орали петухи спросонья. И только в дальнем доме весело мычала корова, возвещая приход солнца.

Первое утро.

Ведьма спала долго. Разговор с Макошь накануне, новое место, новые впечатления, да и понервничала она- как все будет? Хотя прекрасно знала, что будет- оно и есть будет. И влиять на это уже не в ее силах. Но сама себе признавалась, что иногда влиять хотелось. Улитка вышагивала за дверью спальни и не решалась войти. Это было не в ее правилах- мешать другим. Но разбудить как бы невзначай очень хотелось и она топотала все громче и громче. -Ну, когда же, наконец?!,-в нетерпении металась Улитка,- Я так долго ждала ее. А она пришла и спит. даже чай не попили, не говоря уже о знакомстве. Вот так всегда- то прилипнуть не к кому. А есть к кому, так никак. Проводя сама с собой умные беседы Улитка и не заметила как открылась дверь и на пороге показалась заспанная Ведьма. Заметив путающуюся под ногами Улитку, Ведьма попыталась улыбнуться:-Извини, я вчера даже с тобой не познакомилась. -Ничего, ничего, все успеется. Как изволили почевать? От такого обращения Ведьма проснулась окончательно:-Вообще-то я Ведьма, а не Принцесса. Со мной можно просто говорить, без придворных изысков. И горошины в постель, чур, не подсовывать. А где у вас тут умываются? -Так, вот же, все тут во дворе и есть,-суетилась Улитка,-пойдем покажу. И она прилипла к ноге Ведьмы:-Я тут буду, так быстрее. Иди прямо. Ведьма вышла во двор. Посередине стояло два колодца. -Это живая и мертвая вода?,-спросила Ведьма. -Что ты, что ты! Какая еще мертвая?! Это горячая и холодная,-испуганно отвечала Улитка,- и про себя пробурчала,-вот ведь все не как у людей, придумают же- мертвая вода. А Ведьма весело плескалась в воде. На краю колодцев стояли поднятые ею ведра и она зачерпывала горсточкой воду то из одного, то из другого, брызгала на себя, на кусты вокруг, кидала пригоршнями в небо и от этого вокруг колодцев висело много маленьких радуг и звонкий ведьмин смех. Улитка терпеливо ждала и снисходительно наблюдала за этой детской забавой. -Вот, ведь, Ведьма, а обычная. Надо бы с ней познакомиться поближе. Ну, да все впереди. Ведьма перестала плескаться и вышла из-за кустов:-Ну, вот, я готова. Теперь можно и поближе познакомиться. Чай тут пьют? -Она еще и мысли читать умеет,-спохватилась Улитка,-надо срочно привести их в порядок. А вслух добавила:-Конечно пьют, пойдем. За чаем Улитка не умолкала. Она рассказала все о селе, его обитателях, размерянной и простой жизни и немножко об округе, в которой водились всякие разные непонятности. -Ну, про округу и непонятности я и сама знаю,-отвечала Ведьма,-я же как раз оттуда. А с сельчанами лучше встретиться, чем слушать о них. Ты меня проводишь? ТОлько не цепляйся к ноге, у тебя там голова закружится, да и мне нудобно тебе на ходу кричать. Лезь сюда , запазуху. И тебе смотреть удобно и мне понятно, что я тебя на ходу не потеряла. Улитка еле сдерживая радость и даже гордость, сказала как можно спокойнее:-Ну, конечно я все покажу. И не сдержавшись прибавила:-Кто кроме меня. И быстро взобралась по Ведьме.

 

Солнце скрылось за горой.

Солнце скрылось за горой, Холод гонит нас домой слышалась песня сельчан. Солнце на самом деле закатилось за Драконий Холм, который селяне из-за его величественности называли горой. Холм был высок и поблескивал в лучах заката. Это чешуя драконов была разбросана по всем склонам. Драконы не жили на холме, но прилетали менять шкуру. Сельчане с опаской и благоговением приходили иногда на холм и собирали чешуйки, которые служили им как черепица на крыше. Да и дети нашли приспособление драконьим подаркам- зимой с гор так весело было лететь на санях из чешуи. Драконьи санки хорошо скользили и не ломались. С определением на местности и вообще с географией у Ведьмы всегда было хорошо. А потому она уверенно шла по полутемному селу к дому, в котором предстояло ей жить. -И зачем мне одной такие хоромы?,-подумала Ведьма, обходя дом снаружи, потом толкнула дверь и вошла. Внутри было так же просторно. Ведьма обошла весь дом и направилась на кухню, оставив ее напоследок, как самое интересное. Кухня встретила ее звоном большого количества сковородок, висящих по стенам. У дверей стояла метла и коса. -Ну с метлой я как-нибудь управлюсь,-усмехнулась Ведьма,-а коса мне зачем? Что-то Макош напутала. Видимо и у нее бывают просчеты. Тихий щелчок заставил поднять Глаза- на потолке сидела Улитка и открывала ставни в своем домике. -Будем знакомы?,-вежливо кивнула она рожками. -Будем,-ответила Ведьма,- только, если можно, завтра. Я сегодня очень устала. -Отдыхай, завтра будет завтра, но я не тороплюсь. Спи,- сказала Улитка и внимательно посмотрела на Ведьму. И ведьма провалилась в сон.

Перемены.

-Я все положила правильно, матушка,-недоумевала Ведьма, показывая сухие веточки отдаленно напоминающие кузнечиков, шишки в виде улиток и лепестки как бабочки,-они не оживают. -Да, ты старательна и сильна. Ты делаешь все так. Но ты не можешь дать того чего у тебя нет- милосердного сопереживания,-объясняла Макошь,-а без него нет жизни. -И я никогда не смогу оживлять? Создавать жизнь?,-Ведьма посмотрела на Макошь в отчании. -Сможешь, если найдешь это в себе. Ищи сострадание. -Как же? Ведь это же слабость? А ты говоришь, что я сильная,-непоняла Ведьма. -Страдание- слабость, а сострадание-сила,-твердо закончила Макошь и собралась идти. Но, увидев растерянность своей ученицы, осталась и продолжила:-Тебе надо к людям. Тут ты получила знания. Там ты получишь душу. Макошь и Ведьма стояли на Драконьем Холме за Любанской Пустошью. Вдали внизу лежало село. -Тебе туда,-указала Макошь. Из села доносилась протяжная песня. Она тянулась медленно, обволакивала. -Что это,-спросила Ведьма. -Песня. Они поют,- пояснила Макошь. -Что такое песня?,-удивилась Ведьма. -Ты, когда колдуешь, что делаешь?,-спросила Макошь. -Заклинания читаю,-ответила ученица. -Вот и они, когда что-то делают- поют. Только люди не знают, что это заклинание и называют песней. Кстати, вот тебе и первое правило поведение там внизу- не открывай людям знаний больше, чем им нужно. И не настаивай на своей правоте,- учила Макошь. -Как же так? Если я знаю и права, то…,-попыталась поспорить Ведьма. Макошь не дала ей продолжить:-Не настаивай. -Но я же еще не там, я тебе объяснить хотела,-оправдывалась Ведьма. Макошь хитро прищурилась и засмеялась:-Мне?! Объяснить?! А то, что ты еще не там не означает, что твое учение не началось. Иди. И Ведьма пошла. Через несколько шагов она обернулась, как-будто вспоминая и желая что-то спросить, но Макошь ладонью сделала закрывающий жест. Ведьма поняла- обратно никак и пошла вперед. Песня селян увлекала, показывала дорогу и успокаивала. Ведьма вошла в село.

Странные Земли.

На самом деле в них не было ничего необычного, странного. Просто они лежали на перепутье, через них проходило множество странников. Некоторые, устав, оставались на ночь на постой, а потом и навсегда. Люди обживались, и появилось село Странное. То же происходило с другими обитателями сих земель. Давно когда-то драконы облюбовали тут холм. На нем росли колючие кустарники, драконам было удобно, почесываясь о них, сбрасывать старую шкуру. Дуб на опушке леса привлекал своим дуплом. Кто в нем только не жил, пока вдруг, в один прекрасный момент его не заняло существо и тоже осталось в нем надолго. Жабья Трясина или Топь, как ее называли сельчане из-за множества утопленных там вещей, манила своей ровной красивостью. Как зеленый ковер раскинулась она далеко. Сельчане, забывая про ее коварство, приходили сюда отдохнуть, скидывали котомки с плеч и одежду с себя, как им казалось, на землю. Топь все утаскивала в себя. Правда самих сельчан не трогала. Чуть поодаль виднелась Любанская Пустошь. Там ничего не было. Только трава росла в рост человека. Молодые частенько прятались в ней объясняться в любви, отсюда и пошло название Любанская. Трава, скошенная на Пустоши, исцеляла, ею набивали матрасы и подушки. А еще давали домашним животным, отчего молоко получалось какое-то особенное, любимое. Было и еще одно место. Туда никто не ходил. Поговаривали, что оттуда не возвращаются, а если кому и повезет, то он приходил совсем другой. Называлось оно-Никуда. Ну, теперь я ввел вас в Странные Земли, дальше вы сами. Итак…